Воспоминания Бориса Злотина и Аллы Зусман

Б.Злотин

Меня спросили – кто он был? – философ, ученый, бизнесмен, инженер, писатель или …? Конечно – философ, ученый, инженер. Конечно, писатель – один из самых знаменитых в СССР писателей-фантастов. Его фантастика переведена и опубликована в США издательством Макмиллан. Не бизнесмен, но великолепный маркетер, блестяще продвигавший ТРИЗ. Но, по-моему, в первую очередь – Коммунист. Но это был не бессмысленный коммунизм – бюрократизм коммунистической партии бывшего Советского Союза, а коммунизм Иисуса Христа – он хотел помочь всем людям. Он считал, что в обществе у всех должны быть равные возможности – каждому нужно дать шанс стать творческим человеком. Воспользуется он им или нет – это его выбор, но возможность должна быть. И это и есть ТРИЗ – возможность для каждого сделать свой творческий выбор.

Для меня же Альтшуллер «простой гений». Один из тех, кто формирует гигантские повороты в развитии человечества. Личность масштаба Аристотеля, Френсиса Бэкона, Ньютона, Эйнштейна, Богданова, Тьюринга. При этом – человек с человеческими достоинствами и недостатками, способный ошибаться и исправлять ошибки. Человек, который оказал мне огромную честь, считая своим другом.

Впервые я увидел Генриха в 1980 году. Он спускался по лестнице: кошачья пластика, выразительное лицо, особая мимика, - все говорило о его неординарности, силе (жизнь меня научила распознавать людей по их внешнему виду). И я не сомневался, он – «боец», да к тому же, как выяснилось после, невероятно симпатичный человек с прекрасным чувством юмора, но не признававший шуток в свой адрес…

Только это было предварительное знакомство. Настоящее знакомство у нас состоялось в марте 1981 года, когда мы вместе проводили семинар в Минэлектротехпроме – целый месяц тесного общения, посл…

Вступление – Горячий Снег

Г.Альтшуллер

Почему я взялся писать воспоминания об Альтшуллере? В жизни каждого человека есть люди, которые сформировали его как личность. Часто это родители или учителя. Для меня одним из таких «Пигмалионов», вылепившим меня, был Генрих Альтшуллер – выдающийся учёный, изобретатель и писатель-фантаст, с которым мне довелось часто общаться.

Знакомство с именем Альтшуллера произошло в переломный момент моей жизни. После окончания ленинградской физико-математической школы #239 (знаменитая «школа со львами») я оказался на распутье. С одной стороны, меня влекло к точным наукам (дипломы городских олимпиад по физике и математике), а с другой – явная склонность к гуманитарным наукам (юношеские стихи, дипломы олимпиад по литературе, активное участие в литературном клубе Алые Паруса). Ну просто иллюстрация к спорам 60-х годов о физиках и лириках. Очень хотелось выбрать такую профессию, чтобы это была «любовь на всю жизнь».

И тут вдруг мне в руки попалась довольно толстая книга, вышедшая 1969-м году в издательстве «Московский Рабочий» большим тиражом в 100 тысяч экземпляров. Книга заинтриговала меня своим названием – «Алгоритм Изобретения». Я тогда сильно интересовался изобретательством и знал, что творчество, создание чего-то нового – это озарение, полет фантазии, а вовсе не какие-то скучные формулы. Алгоритм Изобретения — это было для меня явным оксюмороном, как горячий снег. Я начал читать и… влюбился. Это было именно то, чего я искал, - сочетание научной логики и литературного блеска. С этого и начался мой путь к ТРИЗ, путь к Альтшуллеру.

Часть 1-я – Опасное Изобретение (Альтшуллер – изобретатель)

Анекдот- эпиграф. К Богу стучится апостол Пётр и сообщает: «Господи, к тебе пришли атеисты. Что им сказать?» Бог отвечает, отмахиваясь: «Скажи им, что мен…

Можно, если вы Никола Тесла.

Обратный клапан — одна из самых массовых деталей в технике. Устроен он просто: поток двигает шарик, тарелку или лепесток. Туда — открылся, обратно — сел на седло и закрыл проход.

Просто, понятно и очень дорого обходится. Каждая подвижная деталь тянет за собой длинный список расплат: она изнашивается, может заклинить, требует точного изготовления и уплотнений, увеличивает размеры и стоимость, а главное — ограничивает скорость срабатывания. Клапану нужно время: обнаружить смену направления, сдвинуть запирающий элемент, посадить его на место.

Отсюда дерзкий вопрос: а можно ли сделать клапан, в котором запирающего элемента нет вообще?

Оказывается, можно. В феврале 1916 года Никола Тесла подал заявку, а 3 февраля 1920 года получил патент США № 1 329 559 на устройство под названием valvular conduit — вентильный, или клапанный, канал. Ни шариков, ни пружин, ни заслонок, ни мембран. Только форма канала.

Гидравлический диод

Внутри канал выглядит странно: череда карманов, дугообразных обходных петель, разделителей струи и камер, где потоки снова сходятся. Симметрии нет ни в чём.

В разрешённом направлении основная часть жидкости идёт почти напрямик. Что-то заходит в боковые ответвления, но возвращается в главный канал сравнительно плавно. Потери есть, но небольшие.

В обратном направлении та же геометрия работает совсем иначе. Поток разделяется, часть его уходит в обходную петлю, разворачивается и возвращается навстречу основной струе. Дальше начинается: столкновение струй, вихри, интенсивное перемешивание, зоны торможения, многократные повороты — и, как следствие, резко возросшие гидравлические потери.

Тесла в патенте описал это точно: в «запертом» направлении жидкость разворачивается на 180 градусов дважды за секцию, тогда как в прямом — отклоняется…